Неяскин своих гостей видел впервые [1], но перед ним лежали «объективки» на каждого. Генерал провел перекличку и убедился, что все на месте. Вступительное слово начал он с объяснения в любви к Чувашии, где на него самое сильное впечатление произвел очень трудолюбивый народ. Но на этом комплименты и закончились. А далее пошли дела служебные.
«Немножко у меня есть вопросы к руководящему составу МВД, – сказал Неяскин. – Очень много вопросов, и уже они претворяются в жизнь. Когда я сюда пришел, то предупредил: два-три месяца не буду никого освобождать. Если вы сумеете перестроиться и будет работать по моей программе, которая везде приносила результат, то дай бог. Но если кто-то попытается увильнуть, то не взыщите. И вот спустя время несколько высокопоставленных руководителей от своих должностей отстранены. И не по той причине, что я преследовал такую цель, хотел кого-то убрать. Я их, может быть, плохо знаю, но я хорошо знаю, как надо организовать работу. И не могу понять, как можно подставлять своих подчиненных». По словам генерала, ряд уголовных дел, возбужденных на сотрудников полиции, – это вина, прежде всего, руководителей, которые недостаточно думали о личном составе.
«Перед назначением в Чувашию я посмотрел статистику раскрываемости [2], – продолжил Неяскин. – Цифры фигурировали просто блестящие, республика на первых местах в округе, ситуация лучше, чем в Саратове, где я прежде служил. Ну, думаю, мне и делать здесь особо ничего не надо. А как приехал, вник в то, как делалась эта раскрываемость, так ужаснулся. В каком плане ужаснулся? Здесь фактически не занимались по фактам мошенничества в интернете, по телефонным звонкам якобы от родственников, попавших в беду. Все уходило в отказное производство. Они должны были возбуждать уголовное дело, расследовать в полном объеме, но эта работа не велась. Предпочитали материалы направлять в другие регионы, хотя есть прямое указание первого заместителя федерального министра, что такие преступления надо расследовать на месте их совершения. Неотвратимость наказания была нарушена. И все преступления, совершенные в прошлом году, перешли на этот год. С апреля, с момента моего прихода на эту должность, пошел вал нераскрытых этих преступлений. Стал разбираться, откуда они взялись. Оказалось, что оттуда, когда ими не занимались».
Министр создал отдел в уголовном розыске, который занимается именно этим видом преступлений [3]. Пока в нем работают 10 сотрудников, но может, доведут до двадцати. «В основном, звонки мошенников идут из Курской, Московской, Оренбургской, Челябинской, особенно часто из Самарской области. Многие – из мест лишения свободы, это, конечно, ужас, там сотовые телефоны недопустимы. ФСИН в этом направлении не работает. На текущий момент наши сотрудники в семи регионах занимаются раскрытием данных преступлений», – поделился Неяскин.
Чаще всего обманывают людей пожилого возраста. К ним жулики приходят под видом социальных работников, всучивают лекарства и прочее по баснословным ценам. «Поставил задачу перед участковыми инспекторами – обойти каждую семью, объяснить, что не нужно торопиться расставаться с деньгами. Встретился с представителями банков, везде есть свои службы безопасности, которые должны оберегать вклады граждан, но они этим не занимаются», – говорит генерал.
Сейчас в МВД по Чувашии провели реорганизацию в соответствии с указом президента, создали два новых управления – по контролю за незаконным оборотом наркотиков и миграционную службу. «Конечно. взяли не всех. Предварительно пробили по базам данных, включая УФСБ. На некоторых была информация, что занимались не тем, а такие нам в команде не нужны», – сказал министр.
Но нередко новый министр даже разбираться не станет. Трех или четырех сразу уволил по отрицательным мотивам за нахождение за рулем в нетрезвом состоянии. Чтоб другим было неповадно. «Очень много вопросов, связанных с дисциплиной. В первый момент я ужаснулся, – сказал Неяскин. – Очень много случаев неповиновения сотрудникам полиции. Даже поинтересовался у руководителя одной федеральной структуры: почему почти каждый день какого-нибудь полицейского избивают? А он отвечает: у нас такой менталитет. Это что такое, какой еще менталитет? Мне непонятно. С другой стороны, я занял жесткую позицию, когда сотрудники злоупотребляют [4] служебным положением».
Нашумевшее дело по начальнику антикоорупционного отдела Абитову было возбуждено [5] по инициативе министра. То же самое по делу сотрудников полиции, которые проводили незаконные обыски. «Потерпевшие граждане были у меня на первом же приеме, я дал команду службе собственной безопасности, материалы были направлены в следственный комитет для принятия процессуального решения, – поделился Неяскин.– Там и ряд руководителей понесут ответственность, но это в дальнейшем».
Министр также предположил, что некоторые высокопоставленные офицеры сами пожелают уйти со своих постов, поскольку не справляются с задачами, которые перед ними стоят. «Нужна команда, но она не появляется из ниоткуда, нужно растить свои кадры, – подчеркнул Неяскин. – Между тем, из МВД Чувашии в Красноярский край вслед за Антоновым ушло человек сорок, в Ямало-Ненецкий округ за Яковлевым уехало примерно 15 сотрудников, каждый день рапорты пишут. Почему люди уходят? Там зарплата больше [6], северные надбавки, а еще есть перспективы роста. Но мы и здесь можем предложить вышестоящие должности, вакансий много. Обязательно обеспечим карьерный рост. Лишь бы в работе были результаты, больше ничего не нужно».
В продолжение темы Неяскин поведал, что в его команде появятся коллеги с предыдущего места службы. «Привлеку их по той причине, что они профессионалы. Думаю, будет назначен, например, зам по общим вопросам из Саратова, начальник штаба, очень грамотный офицер. Альтернативы ему здесь я не вижу, – сказал министр. – Кадры нужно воспитывать. Не надо бояться заместителей. которые оказываются умнее руководителей и могут кому-то на пяточки наступить. Я вот себе в Саратове подготовил замену. А начальник, не способный подготовить себе смену, это – не руководитель».
Генерал рассказал, что большое внимание намерен уделять борьбе с экономической преступностью. «Очень много безобразий в республике в этой сфере, – отметил он. – Будем работать более плотно по использованию бюджетных средств, выявлению коррупционной составляющей, взяток. Порой проводятся торги, но не так это делается. Возьмемся за уличную преступность, питейные заведения, которые открываются с нарушением закона. И надо более ответственно относится к поиску без вести пропавших. Не всегда в исчезновении людей есть криминальная подоплека, но их надо искать, отрабатывать вначале так, словно совершенно убийство».
Про Неяскина говорят, что он сам каждый день на службе и подчиненным покоя не дает. «За три месяца здесь не знал ни выходных, ни проходных, – подтвердил министр – Хотя был бы не прочь и на рыбалку сходить. Но сначала надо порядок навести, а потом отдыхать. Когда на пенсию уйдем своевременно. А в раскрытии преступлений должны быть заинтересованы все сотрудники, начиная с уборщицы и кончая министром».
В ходе диалога с журналистами генерал опроверг слухи о том, что УМВД по Чебоксарам будет расформировано, а взамен воссозданы райотделы внутренних дел. «Сотрудники свыклись с нынешней структурой, – сказал министр. – Да и экономически делать такой шаг нецелесообразно. К тому же придется расчленять батальон патрульно-постовой службы».
А вот в Новочебоксарском горотделе свои особенности. «Я там подводил итоги, знаю, что больше половины сотрудников связаны родственными узами, – поделился Неяскин. – Этот – брат, этот – сват, что за работа такая? Руководитель отдела, Баранов, хороший, умный офицер, но он был один, без команды сделать ничего не мог. С одного требовать нельзя, другого наказывать нельзя. Начальника полиция я там освободил от занимаемой должности. Пусть будет на этой должности человек, не связанный кумовством с подчиненными».
Невозможно было обойти вопрос, связанный с выборами. В подразделениях созданы специальные группы, которые реагируют на заявления о нарушениях в ходе избирательной кампании. «Задача поставлена реагировать на них вне зависимости от партийной принадлежности, – пояснил Неяскин. – Никого не делим на правых и левых, мы обеспечиваем безопасность. Некоторые пытаются меня успокоить в этом направлении. Но я отвечаю: не лезьте туда, куда не надо, я свою задачу знаю. Все сигналы будут регистрироваться и проверяться, а оценку дадут суд или прокуратура. Фанатизм не надо проявлять, а нужно действовать четко по закону».
Генерал также подчеркнул, что никто не сможет ему диктовать свои условия, это бесполезно. «У меня один командир – это министр внутренних дел РФ, – заявил Неяскин. – Да, я порой прислушиваюсь к мнению со стороны, должен прислушиваться, но не слушаться. Мне пытались кое-что навязать, но я сразу отрезал: так не пойдет».
Вообще, по мнению Неяскина, в республиках традиционно больше порядка, чем в областях. «В Чувашии свои дороги ругают, а в Саратове их совсем нет». Зато с питейными заведениями [7] Неяскину легче было разбираться в Саратове. Там и сотрудники полиции относились к этому серьезнее, и городские администрации. Здесь с ними либеральничают. «Вообще, в Чувашии гораздо больше пьют, – констатировал министр. – Это ужас какой-то, причем, пить не умеют». От слова «фанфурики» у генерала уже уши вянут. Раньше он нигде такого не слышал. Но предложил главе республики открыть пусть не вытрезвители, но что-то вроде того. Уж очень много суицидов по пьянке, замерзших зимой гуляк. А Минздрав и соцзащита никак не могут поделить, кому следует ими заниматься.
Что же касается криминалитета, то в Чувашии, по словам генерала, нет воров в законе, но есть «положенцы», организованные группы, которые занимаются вымогательством, сбором «общака». Естественно, по ним идет работа, будут задержания, посадки.
Немного рассказал Неяскин и о себе. В родной Мордовии [8] проводят юношеские соревнования по дзюдо на его призы не для проформы. Свою службу в органах внутренних дел он начинал инспектором по делам несовершеннолетний, и вел для мальчишек спортивную секцию. В ней до сих пор воспитывают чемпионов. У министра три сына, старший окончил Чебоксарскую школу милиции, сейчас зампред районного суда, второй работает помощником райпрокурора в Саранске, третий сын тоже юрист, но без погон, трудится юрисконсультом на крупном предприятии.
