«Балясников моя фамилия. Ба-ляс-ни-ков! Пропустите меня, я руководитель проекта!» – умоляюще причитал дежурящему на кордоне полицейскому мужчина среднего возраста, протискиваясь к месту ожидания высокопоставленной делегации на стройке. «Правда ПФО» впервые видела, чтобы человек так торопился получать люлей.
Кордоны на входе и общий вид стройки Кадетского корпуса ПФО в Чебоксарах
Пропускной режим на стройке и полицейские кордоны за полкилометра до нее стали не единственным отличием 13 февраля от предыдущей инспекции объекта, которую провел Михаил Игнатьев. Тогда, месяц назад, выяснилось [1], что дело пахнет сирийской границей для «Старко», «Стройсферы» и других подрядчиков объекта.
Теперь на стройке ощутимо увеличилось количество рабочих, а перед будущим Кадетским корпусом к приезду Бабича развернули полевой штаб МЧС: как бы демонстрируя, что любая стройка, к которой имеет отношение Игнатьев – это уже чрезвычайная ситуация. Внутри палатки МЧС было тепло и были готовы горячительные (или, более подходяще к случаю, горЕчительные) напитки: мало ли с каким желанием мог выйти со стройки высокопоставленный ревизор.
Режим чрезвычайной ситуации в действии
Обозреватель «Правды ПФО» тем временем стал свидетелем летучки полицейских.
«Главное – Шакеева не пускать!» – со значением подняв указательный палец в воздух, давал подчиненным указание страж порядка в подполковничьих погонах. Чем только подтвердил правило, что армия и полиция всегда готовятся к прошедшей войне [2].
А если Сидоров [3]? На него-то ориентировки нет.
Невеселые размышления прервали возмущения подошедшей телегруппы ГТРК «Чувашия». Они посетовали автору этих строк, что их не пропускали через кордон в течение 20 минут. Не иначе следы Шакеева на лицах искали, подумалось «Правде ПФО». Ну правильно, вдруг он как Родченков, пластическую операцию сделал.
Тем временем остальные ожидающие экзекуцию выстроились в ожидании Бабича и Игнатьева. На морозе минус 16 в высокопоставленной шеренге выделялись премьер-министр Моторин в своей знаменитой уже шапке-ушанке, которую с него, говорят, пытаются снять всем аппаратом, да директор «Стройсферы» Аваг Ханеданян, единственный стоявший с непокрытой головой. В отношении последнего уместна была фраза «спасибо что живой»: угроза послать армянина на турецко-сирийскую границу, как и остальные угрозы Игнатьева, к счастью, осталась фейковой.
Справа — премьер-министр Иван Моторин и его культовая ушанка
И именно Ханеданян оказался прав: Бабич приехал без шапки. Так что в течение всей высочайшей инспекции головных уборов один за одним лишались все встречающие чиновники и бизнесмены, дабы соблюсти предложенный гостем дресс-код.
Первым шапку-ушанку снял Моторин: его назначили главным по приему Бабича на месте. Премьер-министр начал водить рукой по плану будущего Кадетского корпуса, но полпред быстро его прервал.
– Вы мне план не показывайте, давайте сразу по отдельным подрядчикам, как у кого дела? – спросил полпред.
И стартовала взрослая вариация детской «игры по записочкам»: будущая школа состоит из 5 корпусов, каждый из которых строят разные подрядчики. Они и встречали делегацию во главе с Бабичем, Игнатьевым и Моториным каждый у своего объекта и с плакатиком, как это будет.
Но начали с конца: первым премьер-министр показал полпреду проект будущего благоустройства парка за 200 млн. Распланировала его республика аж до 2022 года.
Михаил Бабич начинает разбираться с ситуацией
– Вы до 2022 года не откладывайте. Это не бог весть какие деньги, – посоветовал Бабич.
Далее пошла презентация третьей очереди проекта: крытого катка. Его внешний вид был впервые показан журналистам.
– Чтобы вовремя попасть в программу, нам предложили взять уже реализованный проект. Это ледовый дворец из Кингисеппа, – объяснил Моторин. – Получена экспертиза, полный пакет документов направлен в Минспорта России. Из Минспорта получено письмо, что 180 млн они выделяют на 2018 год. Планируем в марте объявить аукцион, в мае – совет в Минспорта, выйдет распоряжение министра о строительстве, – отчитался премьер-министр.
Еще один Ледовый дворец для Чувашии
Тут впервые голос подал глава республики.
– Это все спасибо вам, Михаил Викторович, что вы подсказали… – начал Игнатьев, но запнулся под взглядом Бабича. Примерно таким же взглядом Моторин обычно смотрит на министра культуры Яковлева.
Настало время презентовать себя новым субподрядчикам, которых после января методом «Ниме» позвали спасать стройку. Так, один из объектов корпуса дали под освоение цивильской ПМК8, только что блестяще показавшей себя на строительстве новой школы в Цивильске. Эта стройплощадка отличалась от остальных другими стройматериалами: вместо кирпичей «Кетра» завода Николая Угаслова ПМК 8 работает с кирово-чепецкой «КС-керамикой». С ней же работает «Регионжилстрой», которому досталось возведение спального корпуса. Его Моторин хвалил особенно сильно.
ПМК8 удостоилась лестных оценок за дело…
– Для сравнения: они работают около 3 месяцев на этом объекте, – показал премьер-министр на объект «Регионжилстроя», – а на том строители находятся уже 5 месяцев, – простер руку Моторин к работе «Старко».
Спальный корпус и правда выглядел намного выше.
– А чего сразу «Регионжилстрой» туда не привлекли? – задал закономерный вопрос Бабич.
Моторин задумался.
– А он наотрез отказывается. Свой объем я сделаю говорит, а на другие объекты не пойду, – выкрутился премьер-министр. Хотя мог бы сказать и правду: спальный корпус строится на деньги Вексельберга, а на других объектах корпуса «Регионжилстрою» светит только субподряд у «Старко», а та денег не платит из-за арестованных счетов.
Еще одним презентованным Бабичу в качестве нового субподрядчика стала фирма «Эртель». Считать ее таковым, правда, несколько мешает персона директора: Андрей Табаков по совместительству возглавляет скандально известную фирму «ТриАсС», принадлежащую хозяевам «Старко».
…а «Эртель» — авансом
– Основные проблемы решены: дренаж, очень обводненные грунты были, – заявили Бабичу.
– Но сейчас у вас вопросов по проекту нет? – уточнил полпред.
– Все в рабочем порядке, – ответил директор.
– По 10 миллионов в месяц они делают, – встрял Игнатьев. Бабич слова главы проигнорировал: вообще получалось не очень выгодно для руководителя региона – кто строит из кирпича Угаслова, тот отстает. Кто из других стройматериалов – тот в сроки укладывается. Или нормальные подрядчики просто сразу строят из нормального кирпича, а не из того, что им настоятельно «посоветовали», подумалось «Правде ПФО».
Николай Угаслов расстраивается при виде этой фотографии
Наконец, делегация дошла до бесстрашно непокрытого Ханеданяна.
– Мы взяли объект полностью под ключ. Сдадим в августе, – пообещал директор «Стройсферы»
– То есть все проектные вопросы вы решили, по графику освоения вы успеваете? – с нажимом спросил у него Бабич, по-видимому, знакомый, через что за последний месяц пришлось пройти Авагу всея Чувашии.
– Март-апрель закроем корпус, начнем внутренние работы, – заявил тот.
– Тем более солнышко греет, – подал голос Игнатьев.
Для Ханеданяна (слева) все самое страшное уже позади…
Бабич вздохнул и подошел к последней точке инспекции: директору «Старко» Андрею Александрову. К тому моменту шапки сняли все, но руководителю генподрядчика помешала это сделать каска на голове поверх зимнего головного убора.
– Ну вы понимаете, что вы нас подводите? – после очередного тяжелого вздоха спросил Александрова Бабич.
– Самый тяжелый период по фермам мы прошли, в марте месяце закончим стены, перейдем на кровлю. Закончим монтаж оконных конструкций… – начал тараторить директор «Старко».
– Так. Ну вы еще раз нам точно скажите. Вы всё успеваете? – почти умоляющим голосом спросил полпред.
– Всё. Согласования проектные прошли уже, только нагоняем.
– Больше у вас нет никаких проблем?
– Пока нет.
– По другим объектам у них проблемы есть. Закредитованность и так далее, – внезапно сдал Александрова Игнатьев.
Голос Бабича стал очень тихим и очень железным.
– Все ваши другие объекты – это ваши другие объекты. Что хотите делайте – снимайте, освобождайте. Вам понятно? – отчеканил он с путинскими интонациями.
– Вопросов нет, – развел руками директор «Старко».
– А общий свод работ вы осуществляете? Приемку работ субподрядчиков? Контроль? – наседал Бабич.
…а для Андрея Александрова (в каске) — все только начинается
– Да, у нас четыре человека здесь работают постоянно, – заморгал Александров.
– Чтобы потом не получилось, что кто-то что-то не доделал. Ну помощь вам какая-то нужна еще?
– Ээээ…
– Ясно. Хотя бы чтобы не наказали, – зловеще улыбнулся полпред. – Чтобы дали возможность доделать. Ну пойдемте, поговорим.
И отвел Александрова в сторону, после чего в недоступном для журналистов режиме поговорил с директором генподрядчика секунд тридцать. Кажется, эти тридцать секунд босс «Старко» запомнит надолго: когда полпред отошел от него, Александров моргал так часто и так растерянно, что не оставалось сомнений – он только что узнал, что есть в мире вещи куда страшнее сирийской границы.
Дальше Бабич переместился в Дом правительства, где провел совещание в закрытом режиме. После него полпред уехал по намеченному маршруту рабочей поездки в Марий Эл. А Игнатьев улетел на форум в Сочи.
Потому что премия за «Экспресс-бабушек» [4] – она, знаете ли, сама себя не вручит.
«Правда ПФО» [5] следит за развитием событий.
Фото pravdapfo.ru и gov.cap.ru