Производственную базу по адресу Чебоксары, улица Кирова, 9 к достопримечательностям столицы Чувашии никак не отнесешь. Но здесь можно организовать выставку достижений агропромышленной архитектуры 60-х годов прошлого века: коровник, телятник, склады, картофелехранилище в стиле развитого социализма.
Когда-то на этом месте располагалось подсобное хозяйство завода имени Чапаева, позже оно было передано для использования в государственное унитарное дочернее предприятие «Телец». Звучное название не помогло, жизнерадостного мычания крупнорогатого скота заводчане не дождались, «Телец» благополучно обанкротился, успев реализовать по сходной цене свое имущество ЗАО «УМ-1», не имея права распоряжения государственной собственностью.
Данная коммерческая операция не осталась незамеченной. Упомянутая сделка оказалась, мягко говоря, не совсем законной. Достопочтенный «Телец» не имел никаких полномочий для продажи государственного имущества, что было подтверждено несколькими судебными решениями. Тем не менее, «УМ-1» продолжало пользоваться и недвижимостью, и землей на Кирова, 9, по своему усмотрению. Сами понимаете, что про заготовку молока и мяса речи не шло.
Но однажды в межтерриториальном управлении Росимущества вспомнили, что за ним в Чебоксарах по адресу ул. Кирова, 9 числится федеральная собственность не только в виде коровников и складов, но и внушительного участка земли в 7 гектаров. Все это добро было выставлено на аукцион с заверениями, что согласно выпискам из ЕГРН и РФИ нет никаких обременений и ограничений.
Да, покупатель нашелся не сразу. Но, когда чебоксарец Николай Арсентьев решился предложить максимальную цену в 16,2 млн., то после перечисления денег и оформления всех необходимых документов он даже в сопровождении судебных приставов, прибыв на базу, чтобы попасть на территорию своей собственности, не смог этого сделать. Его встретили крайне неприветливо. Гендиректор «УМ-1» Николай Игнатьев заявил, что за долгие годы сам «прикипел душой» к этому госимуществу и уступать его никому не намерен.
Игнатьев: «Чужие здесь не ходят»
Естественно, Арсентьев пошел по инстанциям искать справедливости. Но вскоре получил повестку в Арбитражный суд в качестве соответчика по иску «УМ-1», потребовавшего признать итоги аукциона недействительными, а объекты недвижимости передать ему, поскольку 15 лет открыто и якобы «добросовестно» их использует.
Почему тогда директор УМ-1, ранее, лично участвуя в аукционе, против его проведения не возражал, даже не заикался, он надеялся купить и недвижимость, и землю за миллион рублей? Почему Игнатьев «забыл» про приставов, полицию, неправомерное приобретение у Тельца (не у государства) недвижимости? Он «забыл», что фактически неправомерно «владел» и земельным участком? Его-то он не покупал, но никого на «свои» владения не пропускал: ни Росимущество, ни собственника, ни приставов… Так можно всем или только Игнатьеву?
– Никак не пойму, как меня могли вместе с Росимуществом признать соответчиком. Я не имею статуса индивидуального предпринимателя, приобрел аукционный лот в качестве физического лица. В моем случае, если у кого-то появились претензии, – это прерогатива суда общей юрисдикции, – рассказал Арсентьев «Правде ПФО». – В Арбитраже разных инстанций мне никто не сказал, что я совершил какие-то нарушения. Но почему-то оказался проигравшим, даже половину госпошлины за истца обязали заплатить. Спасибо еще, что вторую половину возложили на Росимущество.
Конечно, Арсентьев заслуживает сочувствия. Нежданная тяжба стоит ему и денег, и нервов. Арбитражный суд Чувашии в своем решении даже не упомянул о том, что Росимущество обязано вернуть покупателю 16,2 млн. В апелляционной инстанции внесли соответствующее изменение, но полного возврата он еще не дождался. Наверное, мог бы использовать эти средства с большей пользой для себя.
Суд кассационной инстанции пошел еще дальше: оба судебных акта и первой, и второй инстанции оставил без изменения. Это как? Деньги Арсентьеву не возвращать и возвращать? Потому их в полном объеме до настоящего времени не выплатили?
Деятельность теруправления Росимущества и предшествующей ей структуры ФГУП «Приволжский» также вызывает вопросы. Здесь прекрасно были осведомлены, что федеральная собственность с 2007 года используется коммерческой фирмой без должных оснований, но действенных мер не предприняли, чтобы вернуть ее государству, хотя были на то судебные решения. А как только истек 15-летний срок давности, то оказалось, что аукцион, в котором не повезло выиграть Игнатьеву, был проведен незаконно? Кто в этом виноват?
Почему «…к 2022 году сложилась ситуация, при которой с одной стороны имелось зарегистрированное право собственности Российской Федерации на спорные объекты, но которая не владела ими с 07.06.2007 и утратила право на их возврат в связи с истечением срока давности, – как говорится в решении Арбитражного суда апелляционной инстанции. – С другой – продолжалось непрерывное и открытое владение этими объектами истцом, не имеющим права претендовать на него по сделкам купли-продажи от 07.06.2007»?
Фемида стояла перед непростым выбором между государством, якобы потерявшим право на свое имущество, и фактическим владельцем, не имевшим никаких прав на госсобственность. Неслучайно она вынесла определение о привлечении к делу прокурора «в целях обеспечения законности». Но по иронии судьбы на процессе мнения суда и надзорного ведомства по непонятным причинам кардинально разошлись. Прокуратура предлагала иск отклонить, а суд встал на сторону УМ-1. Так, получается, по его логике, что государство не обеднеет.
Почему Росимущество столько лет фактически помогало создать иллюзию добросовестного пользования для ЗАО «УМ-1»?
Прокуратура Чувашии в апелляционной жалобе указывала, что притязания УМ-1 на спорные объекты основаны на сделке, признанной ничтожной. По ее мнению, установлены обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии у истца добросовестности во владении спорным имуществом в течение пятнадцати лет. В качестве процессуальных нарушений прокуратура ссылается на нарушение судом принципа состязательности сторон, поскольку фактически игнорировались доказательства, представленные ответчиками.
– Если собственность используется добросовестно, то это находит свое отражение в финансовых, налоговых документах, и, вообще, кто платит налоги за имущество? – заявляли представители Арсентьева. – Но УМ-1 в первой инстанции вообще не представило никаких документов (кому интересно, кто за что платил?), а при рассмотрении апелляции по нашему требованию представило в том числе и карточки бухгалтерского учета. В одной, например, значится, что один из объектов был поставлен на учет аж в 1980 году! Не иначе, как в УМ-1 изобрели машину времени.
Впрочем, эти обстоятельства заинтересовали прокуратуру Владимирской области, участвовавшей в процессе в Первом арбитражном суде. Возник вопрос, как такое возможно, это фальсификация документов? В любом случае, все карточки учета имущества толком не заполнены, непонятно, что за имущество ставилось на учет и когда фактически, нет подписи руководителя.
Как заявляет сторона ответчика, гендиректор УМ-1 прекрасно осознавал, что он не вправе претендовать на госсобственность, поэтому принимал участие в аукционе, объявленном Росимуществом. Но предложил гораздо меньшую цену, чем Арсентьев. Проиграв торги, Игнатьев берет реванш в судебных инстанциях.
Кстати, получив в собственность государственную недвижимость, УМ-1 решил пойти дальше. Им направлен в Арбитражный суд новый иск к Росимуществу. Коммерческая структура теперь требует от Российской Федерации признать ее право приобретательной давности на государственный земельный участок в 7 гектаров, где расположены объекты упокоенного «Тельца». Опять повезет? Неужели получит бесплатно участок?
«Правда ПФО» следит за развитием событий.