Строго говоря, в компетентности заказчика и исполнителя реконструкции Московской набережной у наблюдателей возникли сомнения с самого начала. Тут недавно выяснилось, что для Олега Белова пять клеток [1] перевезти с Канашского шоссе на Марпосадское – уже проблема, а здесь целая набережная и федеральные деньги. Работы начались еще осенью, и уже первые зимние фото результатов взаимодействия МБУ «ЖКХ и благоустройства» и ООО «Элитстрой» (шутя называемого в Чебоксарах «Армянстрой», ибо в руководстве компании сплошь люди с характерными фамилиями) повергли чебоксарцев в шок: асфальт вспузырился не успев встать, плитка потрескалась, вдобавок набережная оказалась заставлена знаками «пешеходный переход для незрячих» через каждые 10 метров, за что получила прозвище «набережная для слепых». О том, что Белов с набережной «крепко встрял», и возможны последствия вплоть до самых серьезных, шепотом судачили многие в мэрии.
Так выглядела «набережная для слепых» в конце зимы
Так что официальная приемка работ с прессой откладывалась неоднократно. Но в команде Ладыкова люди держатся друг за друга, так что первоначально прикрывать косяки Белова вызвалась «социально-туристический» вице-мэр, любимица журналистов Алла Салаева [2]. Но затем прессе сообщили, что выезд на набережную снова откладывается, зато там будет лично Алексей Олегович. Это обещало массу интересного, и «Правда ПФО» не могла пропустить такое событие.
День 31 мая выдался погожим, так что ожидавшие сити-менеджера журналисты шутя спросили Салаеву, нет ли в программе дня планов искупаться в Волге. Та в ответ пробормотала что-то на предмет того, что прессе только дай палец, она и всю руку откусит, и когда на место подъехала «Камри» Ладыкова, язвительно поинтересовалась у журналистов, чего ж они такие смелые у сити-менеджера то же самое не спросят.
«Вызов принят», – подумал обозреватель «Правды ПФО» и громко поприветствовал Ладыкова. «Алексей Олегович, а Алла Леонидовна искупаться предлагает!» – попытался настроить сити-менеджера на игривый лад автор этих строк, но потерпел фиаско. Глава администрации сходу наехал на Белова по поводу безобразных скамеек, обрамлявших так называемый «вход в подземный город». Сам вход при этом напоминал нарисованный очаг у Папы Карло, ибо никуда не вел.
От сити-менеджерских наездов Белов немедленно приобрел взъерошенный вид и так в этом виде до конца экскурсии и оставался. Ладыков тем временем спросил у журналистов, нет ли у них вопросов. Обозреватель «Правды ПФО» задал наиболее очевидный.
– Скажите пожалуйста, а этот вход – он куда?
– Пусть историки отвечают, – показал на Салаеву Ладыков.
– Так и знала, что этот вопрос возникнет, и мне придется отдуваться, – засмеялась вице-мэр. – Когда работали над раскопками Марии Шестовой, выяснили, что здесь есть подземные ходы. Здесь были православные храмы, и священники на случай нападения вывели подземные ходы к Волге, чтобы у них была возможность спасти реликвии и иконы. Когда мы получим экспертизу на ДНК Марии Шестовой, проведем реконструкцию сквера Константина Иванова, и возьмемся за реставрацию этих ходов. А пока с помощью этой двери мы просто привлекли внимание к тому, что уже было, – ответила Салаева.
Пошли дальше. Метров через сто Ладыкова встретил бенефициар строительной компании «Победа» и депутат ЧГСД Виктор Шмаков, в отношении которого не так давно была введена процедура банкротства [3]. Выяснилось, впрочем, что чувствует себя депутат прекрасно и открывает на набережной кафе «Якорь». Ладыков немедленно испортил Шмакову настроение и заявил, что у того в оформлении налицо явные недоделки. Но то были еще цветочки.
– Объект имеет особый статус. Так что без самодеятельности! Где «Элитстрой»? – закончил Ладыков со Шмаковым и перешел к главному.
Представший перед сити-менеджером человек явно не являлся ни собственником, ни хотя бы директором «Элитстроя». Это было видно хотя бы по его носу.
– Асфальт здесь клали зимой, и поэтому нужного качества не получилось. С середины июня сядем с подрядчиком, и он будет переделывать, – пообещал Ладыков после короткого разговора с сотрудником «Элитстроя». Выяснилось, правда, что разбирать уже сделанное подрядчик не будет, а просто положит сверху новый слой асфальта.
Перешли к длинным деревянным настилам, в которые рабочие демонстративно вбивали последние гвозди. Ладыков заставил Белова понюхать сделанное и сделал вывод, что настилы не обработаны спецсоставом и сгниют при первом же дожде.
Белов и подрядчик ошарашенно смотрели друг на друга.
– Что вы друг на друга все смотрите, начальники? – невесело спросил Ладыков. Подрядчик ответил, что все обработано, сходил взял опрыскиватель и приступил к обрабатыванию. По второму разу, надо думать.
Следующими на пути Ладыкова оказались спортивные сооружения: футбольное поле, волейбольная площадка, турники. Понятно, что после «Зенит-Арены» в России с газонами можно делать все что угодно, но даже на этом фоне раскатывавшиеся по набережной рулоны выглядели вызывающе кочковатыми. Сити-менеджер потоптал газон и спросил, почему так много ям.
– Подрядчик отвечает, – ответил Белов.
Ладыков не выдержал.
– Ты заказчик! Ты! Ты будешь что-нибудь контролировать здесь или нет? – наехал сити-менеджер на подчиненного.
Что касается волейбольной площадки, то Ладыкова почему-то сильно интересовало, как она будет освещаться. Едва обозреватель «Правды ПФО» начал размышлять, что имел в виду глава администрации – «осве-» или «освя-», как по уточняющим вопросам стало понятно, что речь идет все-таки о свете земном: Ладыков поручил обеспечить возможность игры в волейбол ночью. «Волейбол ночью – это так романтично!» – восторженно пискнула молоденькая журналистка из пула.
Но диалог дня состоялся у Ладыкова дальше с подрядчиком, монтировавшим турник.
– У вас есть картина, что здесь будет? – спросил сити-менеджер.
– Нет.
– А когда закончите?
– Завтра.
Тут экскурсия и подошла к концу – ибо дальше все могло зайти слишком далеко.
– Ну, журналисты, посмотрели? Какие вопросы? – спросил глава администрации, находясь на фоне двух оставшихся на набережной знаков «пешеходный переход для слепых» – к приезду сити-менеджера остальные 100500 копий с объекта демонтировали и куда-то увезли.
Обозреватель «Правды ПФО» знал, что делать.
– В Чебоксарах есть незрячие пешеходы, а здесь на набережной всего два знака «пешеходный переход» для них установлено. Не мало? Как будут защищаться их интересы?
«Ну ты и сволочь», – услышал у себя над ухом автор этих строк. Кто-то из чиновников, скорее всего, подумал то же самое, но ответил заместитель директора МБУ Иван Кучерявый.
– Было много жалоб и обращений граждан по поводу того, что здесь в шесть раз больше знаков установлено, чем нужно. Мы их демонтировали, но оставили тактильные плиты на всем протяжении, – заверил Кучерявый.
– Скажите, Алексей Олегович, а вам самому как горожанину набережная нравится? – спросили у Ладыкова.
– Нравится. Благодаря постоянной поддержке главы республики мы хотим реконструкцию набережной к 550-летию завершить. Всего четыре этапа, в этом году начинаем второй. Как вы видите, набережная существенно изменилась. Но нужно сделать ее еще более комфортной. Горожане жалуются, что асфальт неровный, брусчатка шатается. Претензии принимаются. Но до 20 июня все замечания будут устранены. К приходу настоящего лета мы все работы тут завершим, – последние слова своего ответа Ладыков произнес с нажимом, пристально глядя на подчиненных.
После чего поблагодарил журналистов, попросил от них больше позитива и ушел в сопровождении подчиненных проверять набережную дальше.
Без прессы.
Но с другой стороны, и до 20 июня время еще есть.
«Правда ПФО» [4] следит за развитием событий.