О предстоящем походе Игнатьева на рынок стало известно за несколько дней, а на «Центральном» его сопровождал директор комплекса Сергей Рубцов. Известны были и день, и час визита – так что времени, так сказать, подготовиться к ценовому мониторингу Игнатьева у владельцев торговых точек было предостаточно. Тракторы усиленно чистили пространство перед главным входом, а остановка общественного транспорта за неимением другой парковки оказалась забита машинами с правительственными номерами.
Михаил Игнатьев в очередной раз поменял автомобиль – посетители рынка смогли убедиться, что теперь глава Чувашии передвигается на «Мерседесе». Настрой у главы был боевой: первым местом, куда он заглянул, стал хлебный киоск непосредственно на остановке. Учитывая количество торговых точек на «Центральном», такой подход внушал опасение, что в предписанные программой 40 минут посещение рынка не уложится.
Так и произошло, но вовсе не из-за трудолюбия, а из-за кризиса. Не дав главе ступить по рынку и пары десятков шагов, Игнатьева обступили возмущенные горожане с вопросами.
Народу собралось – польскому яблоку негде упасть
– Почему так лекарства дорожают? – вопрошал главу мужчина. – «Риниколд» уже 108 рублей стоит!
Игнатьев сначала пустился в объяснения о государственных программах и социально значимом перечне лекарств, но потом перешел на более простой язык.
– Я вот вчера убедился в чем. Одно и то же лекарство может быть российского производства и иностранного производства. Девушка могла купить иностранное за 200 рублей, а купила российское за 30 рублей. И сэкономила 170 рублей. Так и надо подходить, – посоветовал глава.
– Так у меня не иностранное, а отечественное подорожало! Цены-то бегут! – возмутился мужчина.
– Цены не бегут, а увеличиваются. Бегут – это народное слово, – объяснил Игнатьев.
Далее вниманием главы завладела горожанка средних лет.
– Я живу в ветхом жилье, за отопление плачу 4 400. В квартире 19 градусов. А родственники живут в Подмосковье, а платят всего 2 800. Почему так? – спросила женщина.
– Вы вопросы задаете правильно. Но, наверное, не ходите на собрания или не слушаете. Вы можете собраться с жителями и поставить автономную котельную. Надо самим просто попытаться измениться, – сказал Игнатьев.
– Как попытаться-то? – захлопала глазами горожанка
– Лучше трудиться, замуж выйти за хорошего кормильца… – начал перечислять Игнатьев.
– Так где ж его взять, кормильца этого, – разочарованно пробормотала женщина и потеряла интерес к разговору.
Есть антикризисная программа: найти кормильца
Вокруг главы образовалась настоящая толпа. «Что продают?» – спрашивали проходящие мимо в попытках понять, не наступили ли вновь советские времена. В центре толпы тем временем стало искрить. У Игнатьева спрашивали про капремонт, про аптеки, про пьянство. В определенный момент за главу стало страшновато: он не успел пройти по рынку еще и 10 метров, а сценарий визита уже летел ко всем чертям. К счастью, официально несуществующая [1] охрана главы все-таки начала беспокоиться и, в конце концов, все-таки принялась оттеснять людей, чтобы вернуть мероприятие к первоначальному сценарию, в котором Игнатьев должен задавать вопросы, а не держать ответ.
Непосредственно в здании рынка выяснилось, что строгость проверок со стороны главы компенсируется необязательностью личного присутствия продавцов в рамках ее проведения. На первом же лотке Игнатьев увидел картошку за 35 рублей и только собрался попенять продавцу, как обнаружил его, продавца, полное отсутствие. «Продавщицу можно сюда?» – зычно крикнул глава. Но если в обступившей Игнатьева толпе продавщица и была, то коллеги ее не сдали. На следующем торговом месте повторилось то же самое: картошка 35 рублей, продавец отсутствует. Только глава увидел продавца, не успевшего убежать, и двинулся в его направлении, как дорогу ему вновь преградили рассерженные горожане.
– Вы скажите, почему «Акконд» продали? – спросила грозная женщина.
– На кондитерской фабрике как работал Валерий Николаевич Иванов, так и работает. А в чьей она собственности… Там 4 000 человек работает, они зарплату получают.
– Да конечно. Вся молодежь не работает, не трудоустроена! – принялась срывать покровы новоявленная оппозиционерка.
– По официальным цифрам, у нас 16 500 вакансий в республике. А в центре занятости на учете всего 4 тысячи стоят. В четыре раза меньше. Просто есть люди, которые не хотят работать, – изложил свою версию происходящего Игнатьев.
По данным Михаила Игнатьева, в Чувашии не безработица, а кадровый голод
– Слушайте, ну чего вы мне сказки рассказываете? Вот у меня знакомая, 52 года, пошла на биржу труда, хотела уборщицей поработать, а ее никто не берет! 52 года, говорят, – слишком много, – возмутилась горожанка.
– Так мы выделяем средства, чтобы она могла переквалифицироваться.
– У нее высшее образование! Зачем ей переквалифицироваться?
– Что это за образование такое, если она уборщицей только может устроиться?
– А потому что негде у нас работать! Вся молодежь уезжает! – вернулась к истокам женщина.
– Я понимаю, что вы за своих подружек переживаете, но если люди получают диплом о высшем образовании – пусть работают по специальности. А если купили диплом – то пусть работают санитарками, – рубанул Игнатьев.
– Вы знаете, Михаил Васильевич, когда нечего сказать, лучше промолчать. Одни красные слова у вас, – подытожила диалог женщина.
Представительница прекрасного пола помоложе спросила о наболевшем.
– Как вы думаете, к нам война не придет, пока у нас Путин есть? На Украине-то совсем развал.
– Но вы-то не на Украине живете. Вы сами местная?
– Я в Тюменской области родилась, – пошла по краю девушка. – А Америка на нас давит, особенно Обама.
– В России сегодня ситуация стабильная. Мы переживаем за Украину, но в Российской Федерации есть национальный лидер, и стабильность будет сохранена на долгие-долгие годы, – заверил девушку глава.
Цветочники направили к Игнатьеву парламентера с букетом. Принимать цветы Игнатьев отказался категорически и предложил выбрать среди присутствующих самую красивую девушку. В импровизированном конкурсе красоты победила очаровательная пресс-секретарь Минэкономразвития Надежда Белова.
Непосредственный начальник Беловой Владимир Аврелькин тем временем предложил Игнатьеву потребительскую корзину в самом что ни на есть буквальном виде.
Учимся экономить: месячный паек
– Вот смотрите, Михаил Васильевич. Мы оценили стоимость такой корзины на рынках и в сетевых магазинах. За последнее время на рынках ее стоимость поднялась примерно на 16%, а в сетях – на 20-25%. У нас есть магазины, где есть низкие цены. Мы на своем сайте разместили их список.
– Да кто ваш сайт читает, – махнул рукой Игнатьев. – Лучше скажите мне, сколько сейчас стоит гречка.
– Минимальная цена – 40 рублей.
– Ядрица? Да ладно, я же сам раз в неделю на рынок хожу, – прикинулся Гарун-аль-Рашидом Игнатьев, – Давайте так. Если я гречку за 40 рублей килограмм найду, я представлю вас к государственной награде. А если не найду – будете отвечать, – посулил глава.
Дальнейший поход по рынку тоже не заладился. У продавщицы фруктов Игнатьев затребовал сертификат на продукцию – и получил весьма развязный ответ в том духе, что сертификат на другой точке и вообще она предъявлять главе ничего не обязана. «Ну вот, хотел у вас продукцию купить, а теперь вас оштрафуют», – прокомментировал выпад продавщицы Игнатьев. В овощном ряду вообще выяснилось, что все на прилавках привозное, кроме свеклы.
Аврелькин тем временем ненадолго отлучился и вернулся к главе с пачкой гречки. «Вот, смотрите, Михаил Васильевич», – показал он Игнатьеву ценник в 40 рублей.
Игнатьев повертел в руках пачку. «Так это ж 0,7, а не килограмм. Вы еще полкило мне принесите и отчитайтесь», – подал Аврелькину идею глава.
Теперь можно было и в «Магнит» ехать. Год назад в словесной полемике региональный директор сети в Чувашии Игорь Кочубей уложил Игнатьева на обе лопатки и получил от него угрозу «мы не дадим вам дурить чувашский народ [2]». Но с тех пор многое изменилось. Гипермаркет на улице Энгельса встретил представительную делегацию во всем блеске. Продукция была аккуратно разложена по полочкам, появились даже надписи «покупай чувашское». Водка чебоксарского ЛВЗ лежала на самом видном месте с оперативно измененным ценником: 190 рублей. Контраст с грязным рынком был налицо, и даже люди главе по пути попадались все больше довольные и буржуазные. Небольшой форс-мажор возник лишь, когда работница системы образования начала спрашивать, на каком основании у нее снизилась зарплата – но в «Магните» Игнатьева сопровождал глава города Леонид Черкесов, так что руководителю региона было на кого переадресовать этот вопрос.
Игорь Кочубей (справа) пошел на уступки региональному производителю
«Любую проблему лучше решать сообща. Надо просто уметь делать шаги навстречу друг другу, и не будет никаких негативных последствий», – сказал напоследок Игнатьев Кочубею, периодически косясь на корреспондента «Правды ПФО» [3].
С «Магнитом», стало быть, помирились.
Главной интригой следующего пункта программы, магазина «Сахарок» в Новоюжном районе, был вопрос, не встретит ли Игнатьева там чисто случайно какой-нибудь вице-спикер Госсовета. Не встретил: в «Сахарке» главу сопровождал генеральный директор сети Андрей Иванов (совпадение). Игнатьев и здесь пошел к алкогольным рядам. Чувашскую водку глава увидел, вот только цена на нее в «Сахарке» по-прежнему составляет 220 рублей. Все-таки не зря говорят, что любой бизнес сохраняет самые характерные черты своего владельца.
– А чего водка у вас дорогая? – спросил Игнатьев у Иванова.
– Понимаете, нам ликеро-водочный завод поднял цены на 7%, – попытался объяснить директор.
– Так я только что из «Магнита» – там 190.
Иванов сделал вид, что не понял, и вновь начал оправдываться повышением цены ЛВЗ. В зачете сетевых магазинов «Сахарок», таким образом, явно проиграл «Магниту».
Андрей Иванов (справа) тест на дешевый алкоголь не прошел
Ситуацию попытались исправить продавщицы «Сахарка», попросившие о совместном фото с Игнатьевым. «А вас мужья не заревнуют?» – галантно спросил глава. «Нет», – честно, но политически неправильно ответили продавщицы.
На крыльце «Сахарка» журналисты поинтересовались у Игнатьева впечатлениями о поездке.
«Я сегодня увидел, что выбор в наших магазинах есть, и он достаточный. Хлеб я видел за 21 рубль, и за 17 рублей, и за 18 рублей. Кто-то делает наценку 5%, кто-то 10%. Каждый, кто в этом участвует, должен удерживать свои цены. Прибыль большую не должны зарабатывать. А мы будем влиять через наши государственные организации. <…> И на молочном рынке видел сегодня цены за 42 рубля в полиэтиленовом пакете, видел цены за 35 рублей, а в «Сахарке» увидел на уровне 30-31 рублей. Тоже, как бы, разница. 10, 11, 12 рублей. Продукция одна и та же. Поэтому наша задача в этом и заключается. Я убедился, что мы правильно работали до сих пор и правильно работаем», – заявил Игнатьев.
Дальше в программе значился еще гипермаркет «Лента», но глава Чувашии на радостях от увиденного в «Магните» и «Сахарке» туда не поехал. Все-таки когда человек чувствует удовлетворение от собственной работы – это самое главное.
«Правда ПФО» [3] следит за развитием событий.